Деантер, известный под прозвищем Мотылек, всегда считался самым осторожным охотником из Незримого Пути. Он знал, что следопыт может ошибиться всего раз, выслеживая опасного хищника, и эта ошибка будет стоить ему жизни. Так его учили в Ордене Странников, так его наставляли в Незримом Пути.
Опасность всегда была рядом, сколько он себя помнил. И с абсолютным хладнокровием он шел ей навстречу, сражая одного врага за другим. Расколотые Берега не были исключением. Пусть их высадка была не идеальна, и силы Ашенвальского Легиона разбросало по всему острову, но в конце концов им удалось перегруппироваться и пойти единым фронтом против крепости Пылающего Легиона, выступающей ключевой точкой на этой карте.
Призвав в помощь своего верного звероястреба, обретенного на Дикой Охоте, Деантер разбивал строй арьергарда врага, пока союзники штурмовали авангард демонов. Однако, успех их штурма резко стал зависеть от вражеских пилонов, что блокировали магию. Не жалея сил и стрел, он со всем упорством разрушал эти пилоны, чтобы позволить чародеям из Орды бить по вражеским пушкам, которые позволяли подступить союзным силам к берегам острова. Будучи увлеченный пилонами, Деантер не заметит во время пикирования вниз, что окажется под выстрелом одной из пушек. Он погиб за десять минут до завершения боя. Последнее, о чем он подумает перед тем, как его снесет заряд скверны, так это о Анерис - как хотел бы он провести в ее объятиях еще хотя бы день.
Его обгорелое тело рухнуло на мост - смерть наступила не сразу, но вряд ли бы его успели исцелить. В крепкой хватки он удерживал амулет из речного камня на шее, где был изображен мотылек, объятый пламенем. Это был памятный подарок для него, и те, кто знал его значение, поняли бы, что так он прощался со своей возлюбленной.
Чуть позже его тело передадут Кельнаре, сослуживице Деантера из Незримого Пути и Странников. А она...
Это был странный день.
Он обитал где-то там, в лесах, напоминающих ему Вечную Песню, но только ярче, насыщеннее. Место, которое казалось ему приятным сном, где он наконец-то обрел покой, и время здесь казалось бесконечным. Останься он здесь, точно бы дождался свою возлюбленную, но у Азерота на него были другие планы. Тем самым днем, когда тело передали Кельнаре, она первым же делом обратилась к Багровым Сердцам, семье Деантера, чтобы сообщить о трагедии. Но Кельнара не знала, как сложны были взаимоотношения Мотылька со своей семьей. Его родной отец и племянник считали его предателем, и одна только сестра заняла нейтральную позицию, когда узнала от брата обстоятельства его отсутствия во время шествия Артаса по зеленым лесами Кель'Таласа. Реакция главы дома на смерть Деантера была неопределенна. С одной стороны он выразил озабоченность, что наследник Багровых Сердец пал, но с другой стороны - долг перед Кель'Таласом еще не был выплачен сполна, чтобы хоронить его останки рядом с другими членами Багровых Сердец. Может быть, если бы он сделал больше, его бы по другому приняли дома? - возможно подумает Кельнара, после чего решает, что Мотыльку стоит продолжить свою службу Азероту, ведь все равно некому его оплакивать дома. Когда наступит затишье на линии фронта, она явится к Баалу Душекраду, личу, что вел за собой Рыцарей Черного Клинка, с предложением. И Баал им воспользуется.
Вокруг ритального стола соберется несколько рыцарей и некромантов во главе с парящим личом. Им не пришлось красть тело, не пришлось выкупать его, чтобы создать еще одно совершенное орудие Азерота. Деантера, что прошел войну с Амани, Тол-Барад, Острова Грома и большую часть кампании Расколотых Берегов, просто принесли им, как на блюдечке, и Баал не мог не использовать это для укрепления своих позиций в Ордене. Заручившись поддержкой своих некромантов, они незамедлительно начали ритуал, буквально вырывая душу Деантера из загробного мира. Это был самый болезненный процесс из всех, которые переживал охотник. А пережил он достаточно много пыток. Залы Акеруса наполнились некротическими потоками, болезненными криками души и гулом от творящихся заклинаний. В ритуале Баал заклеймит душу Деантера, чтобы отныне контролировать его и отслеживать на случай, если Мотылек решит действовать не в интересах Ордена. Каждый из рыцарей, что стоял поблизости, проходил тоже самое. Они знали, как эта душевная боль исказит взгляды рыцаря на Азерот. Теперь его будет питать ненависть и жажда убийства, чтобы облегчить страдания, и только дисциплина и подготовка смогут обуздать его гнев.
Когда Деантер откроет глаза вновь, он будет уже совершенно другим. Ему будут неизвестны страх, усталость и скорбь. Он будет отчетливо помнить большую часть своей прошлой жизни - радостные моменты из юности, чувство любви к женщине, и трепетное желание вернуться домой к своей семье. Но теперь это все будет неважно, всего лишь отголосок из прошлого, которое имеет место быть в качестве причины, почему он должен сражаться за живых. И то, возлюбленной придется жить без него, а к отцу в дом он так и не вернется. Теперь его место среди других проклятых рыцарей, что будут биться за живых, пока в этом есть необходимость.
Баалу нужно было убедиться, что Деантер был тем, кем его описала Кельнара, поэтому первым же делом он отправит его на испытания боем. Учитывая особые навыки смекалки, осторожности и ловкости при жизни, "охотник" выберет из предложенного оружия алебарду. Удобное оружие для поражения сразу нескольких целей, да и достаточно легкое, чтобы отражать атаки противников. Не успел он и позицию занять, как Душекрад сразу же натравит на него нескольких вурдалаков. Разумеется, шансов у них не было. Ведь когда-то очень давно Деантер уже сражался с мертвецами - он знал, как они двигаются, и как прут бездумно вперед, поэтому их поражение было лишь вопросом времени. Схватив одного вурдалака за горло, Деантер использовал его, как не-живой щит от других вурдалаков, не позволяя им его закусать и разодрать. Другой же рукой, вооруженной алебардой, он совершал выпад за выпадом, поражая головы тренировочных врагов.
Когда все вурдалаки полегли, рыцари смерти одобрительно покивали Деантеру, оценив его смекалку и технику боя. Кто-то даже отшутился, что было бы неплохо выдать ему лук и сделать первым темным следопытом при Ордене. Однако, Деантеру было все равно, чем сражаться - лук, мечи, кинжалы и алебарды. В Странниках его научили всему еще до того, как он стал капитаном.
Пока кто-то обсуждал навыки экс-рейнджера, Баал устроит ему новое испытание. Теперь на Деантера шел огромный чумной зомби с лицом, напоминающего орка. Зомби был медлителен и неуклюж, от чего Деантер не сразу понял, что именно хочет этим проверить Баал. Проворные вурдалаки и то опаснее для него, чем такой единичный соперник, которого бывалый охотник заведет в ловушку. Он заставит двигаться зомби в такт с собой, подманивая к оружейной стойке с острыми шипами. Используя тот же принцип, что и с вурдалками, он насадит тело зомби на шипы.
Сильным ударом он ответит Деантеру, откидывая его назад. И не от боли он встанет на колено, а от странного чувства жажды, что охватит его. Ему нравилось убивать, его это опьяняло, и в какой-то миг он подумает, что никогда не сможет остановиться, пока зомби к нему не обратится искаженным голосом с просьбой о помощи.
- Помоги, - скажет монстр ему, продолжая неуклюже шагать по воле лича.
И в этот момент Деантер понял, что нужно ему делать. Он посмотрит на этого зомби, вспоминая, как в Незримом Пути придерживался кредо, что охотники невольно сохраняют баланс в дикой природе. Они становятся частью пищевой цепи, сокращая одну популяцию зверей, что даст возможность другим распространиться. Когда дикий зверь страдающе болел, долгом охотника было выследить его и проводить в последний путь. Лекари лесов и степей своего рода. Когда он посмотрит спустя время на этого зомби, то его чувство жажды заменит сожаление. Не измываясь на врагом более, чтобы продемонстрировать свои навыки ловкача, Деантер совершит всего один точный и быстрый удар по голове зомби, чтобы завершить его страдания.
Этот удар означал окончание испытаний от Баала. Лич наконец-то объяснит перерожденному Деантеру цель его пребывания в Азероте отныне. Объяснит, как важно обладать самоконтролем и дисциплиной, чтобы не стать подобием тех рыцарей, с которым он же сражался в кампании Нордскола. Душекрад вызвался самолично учить Деантера основами некромантии и силами рыцаря смерти. И скоро Багровое Сердце вернется в бой, как только закончит изучать теорию в Акерусе.