Nord
Игрок
- Полное имя
- Нордбард
- Игровое имя
- Нордбард
- Статус
- Нежить
- Нация
- Лордерон -> Отрекшиеся
- Пол
- Мужской
- Класс
- Ловчий Смерти
- Специализация
- Выживание
- Верования
- Забытая Тень
- Места
- Подгород, Тирисфальские леса, Бастион, Чумные Земли
- Отыгрыш
- Эпизодический отыгрыш
- Дополнительные факты
-
- Это любимый персонаж автора.
- Автор ищет подходящий сюжет для отыгрыша персонажа.
"…благодарю тебя за столь приятный для моего гнилого сердца разговор. Но теперь же поговорим с тобой после… Когда послужишь делу Её Величества. Разумеется, мёртвым."
[ОСОБЕННОСТИ ВНЕШНОСТИ]
«Существует необходимость для любого истинного отрекшегося помнить, кем он был до своей гибели. Таким образом мы запоминаем ошибки, помним их цены и не даём незнанию придать нас забвению. Только так мы даём себе время приблизиться к Тени и не позволяем нашему проклятию сотворить из нас покорных пешек Смерти.» — © из сотен догматов Забытой Тени.
При жизни Нордбард Гвад имел стройное тело, а также рост выше среднего для своего рода, хотя это не так сильно замечалось из-за частой сутулости, появившееся в последнее время до его смерти. Его лицо покрывала мелкая и выстриженная бородка, а также чёрные волосы с проблесками седины на затылке. Говоря уж о самой причёске, то передняя часть вовсе отсутствовала, открыто показывая лоб, лишь затылок и бока головы имели волосяной покров.
Одним из его особенностей лица были глаза, что с годами менялись. Зрачки оказались «затуманены», имели странную дымку, что слегка закрывали его бирюзовые зрачки, но, по словам самого, на тот момент, смертного и живого, он не чувствовал каких-либо проблем со зрением, доказывая это столько раз, что многие приняли это за факт и более вопросов на этот счёт на задавали. На флоте Альянса Лордерона, если сравнивать его с остальными матросами, старпомами и офицерами, сэр Гвад выделялся глазами, получив несколько прозвищ, никак не реагируя на подобное слишком резко. Наоборот, старого моряка это забавляло где-то внутри чувств, но сам подобного он не выказывал, скрывая.
Физически так и внешне мужчина уступал любому другому молодому человеку из-за возраста, как бы это банально не звучало, пусть сэр Гвад и держал себя в приемлемой форме, которая могла только быть вообще Но старость забрала несколько пальцев не левой ладони, парализовав их. Лишь кое-как оставшиеся навыки фехтования и их повторение на силе воли держали человека в более-менее прилежном для себя состоянии.
Его походка всегда была точна и выверена, несмотря на мелкую старческую сутулость, натянутая как у добросовестного солдата, чем он сам гордился и частенько показывал остальным.
Ныне же, став нежитью и отрекшимся, внешность поменялась из-за тёмной магии, губительной силы, изменяющая плоть и кости. Сам Нордбард с некоторым трепетом и временным ужасом наблюдал за новым внешним видом, когда смог освободиться от воли Короля-лича после действий Сильваны Ветрокрылой.
«Он стал оружием. И это было "везением", поскольку его тело не использовали в качестве топки или пушечного мяса. Плеть воспользовалась им в более специализированных целях.»
Сутулость странным образом почти исчезла, а позвонок, в ходе неизвестных ему преобразований, укрепился как и другие «балансирующие» кости, слегка выпирая. Укреплённые повязи и суставы, металлические недокаркасы и дополнительные заменённые сухожилия также физически усилили старика, заметно давая ему двигаться быстрее и сражаться на выгодных для себя условиях.
Зубы неожиданно стали острыми клыками, ибо, как поняла сама нежить, часть его настоящих зубы кто-то заменил на более смертоносные аналоги, также слегка зазубрив, чей укус мог разорвать плоть или даже раздробить кость при весомом желании и уходом за челюстью.
Плоть на пальцах не исчезла, но появились там заострённые костяшки, видимо, для ближнего боя. Это нисколько не мешало Нордбарду держать что-либо в руках.
Белые глаза стали бледно-жёлтого цвета, излучая странное слабое свечение.
Само лицо не подверглось весомым изменениям, будто специально старались оставить его человеческим. На некоторых участках спины, груди, ног и рук виднеются шрамы и остатки грубых швов, сплетающие кожный покров в единое целое для целостности общей конструкции.
Но даже подобная «сохранность» не гарантирует и не гарантировала целостность и деградации внешности. Старик медлённо, но верно гниёт и облезает. Плоть и части тела постепенно изнашиваются, требуя частичной или, реже, полной замены и доработки. Именно поэтому запах гнили зачастую перебивается смрадом алхимии аптекарей Королевского Фармацевтического Общества. Именно поэтому новые хирургические швы и шрамы от них появляются на теле...
============ [ОДЕЖДА И СНАРЯЖЕНИЕ] ============
Говоря конкретно о одежде, то отрекшийся носит симбиоз кожаной брони с встроенными туда небольшими стальными пластинками. Почему именно симбиоз? Потому что броня состоит из остатков его снаряжения офицеров флота в знак воспоминаний о жизни, что дополнительно дают сойти с пути разума, и новых регалий и боевых трофеев. Накидка Отрекшихся ( Подгорода ) демонстративно надета поверх всей брони, чей цвет нисколько не мешает тихо и скрытно работать. Треуголка флота также частый атрибут то на поясе, то на его голове...
На поясе висят несколько мешочков, а также кобура с небольшой однозарядной ручной пистолей, что была разработана ещё во времена Третей Войны дворфами и поступала на вооружение флота Альянса Лордерона. Оружие было доработано в Подгороде, стерев инициалы производителей и службы, оставив там небольшой рисунок на дуле в виде пурпурной стрелы.
Любое другое снаряжение на старом мертвеце меняется время от времени, потому особых упоминаний не заслуживает.
======================================
Иногда на шее или наплечнике, реже на рукаве, можно заприметить повязь боевых трофеев, которые сэр Гвад заработал самостоятельно на боевых операциях против врагов Отрекшихся. Зубы, костяшки... И, пожалуй, самое важное - ухо.
Ухо часовой Сереброкрылых Кияны Тишины Луны. Данный противник стал первым калдорай, с которым пришлось столкнуться Нордбарду. Во время морской стычки в Великом море, отрекшийся встретил эльфийку при абордаже судна флота Дарнаса. Сойдясь в поединке, храбрая Кияна практически одолела старика точными выстрелами из лука, уложив того на палубу… И только мелкая оплошность и доля актёрской игры Гвада решили исход боя. Отвернувшись в сторону на остальных ордынцев, меткий выстрел из пистоли поразил затылок лучницы, умертвив её. После боя, лордеронец настолько пропитался характерным уважением к своему врагу, что решил увековечить в своих воспоминаниях эту дуэль, отрезав ухо Тишины Луны с украшением в виде полной луны светлого оттенка из элунита.
[ОСОБЕННОСТИ ХАРАКТЕРА]
Нордбард не был фанатиком религии Святого Света, но чтил его постулаты, что сильно лягло на его характер. Далеко не паладинский нрав, но мелкое очертание такового он имел.
Ныне же отрекшийся ушёл далеко в познание Культа Забытой Тени, что изменило его характер до неузнаваемости. Некогда обычный служащий флота, в котором матросы видели в некоторой степени достойного и порядочного человека, «переродился» в исковерканную до безобразия натуру, взявшая из жизни постулаты дисциплины и прибавив к нему дополнительные религиозные мотивы Культа Забытой Тени.
x [Уважение] x
Нордбард был солдатом в душе, чтил дисциплину и порядок при жизни, и это не исчезло и в не-жизни.
Строгий, серьёзный, но крайне спокойный воин знает и соблюдает этикет. Отрекшийся не поддается колкостям и оскорблениям, практически всегда обращается на «Вы» или начиная своё обращение со звания.
Жизненные принципы взаимного уважения также остались и после смерти. Неважно кто стоит перед ним, друг али недруг. Нордбард Гвад уважает сильных и достойных, дисциплинированных и образцовых. Для него будет честью биться бок о бок или одолеть такую личность.
Согласно постулату Уважения, сильных нужно уважать, либо заставить сделать так, чтобы уважали.
x [Упорство] x
Сэр Гвад отличается своей преданностью, будучи лояльным своему народу, разделяя философию Народа Отрекшихся. Он прекрасно понимает ту боль и страдания, что ощущают братья и сёстры по бремени Проклятия, посему он отдаст свою жизнь за них в любом случае, будь это оголтелое самоубийство.
Верный клятвам нового долга, ловчий смерти решительно выполнит приказ из соображений точек зрения идеалов солдата и Культа Забытой Тени, видя в этом некоторую долю достойного избавления от проклятия бытия нежити.
Упорство — вот постулат Культа Забытой Тени, что запомнился Гваду. Во многом он следует именно ему.
x [Сила] x
Но солдатская скромность не должна казаться слабостью для окружающих. Сэр Гвад прекрасно понимает, что самосовершенствование — основа выживания в новом-старом мире. Он будет искать источник силы, что приумножит его способности во имя исполнения долга.
Отрекшийся, как говорит постулат Силы, влияет на реальность, но этого нужно добиться. Любой ценой. Ради Народа Отрекшихся.
Нордбард… старомоден. Желая сохранить свою идентичность, отрекшийся медленно изучает что-то новое в социуме, и только окружающий мир заставляет это делать. Многие его соратники из числа слуг Тёмной Госпожи видят в этом что-то забавное, но родное или же слабое и немощное.
Как и любой Отрекшийся, особенно живые мертвецы, получившие не-жизнь в старческом возрасте, Гвад медленно исчезает как личность. На его место неотвратимо приходит упадок и покорное во всех смыслах безмозглое чудовище, даже в рамках самих отрекшихся. Этот страх внутренней гибели засел глубоко в душе ловчего смерти, но именно это чувство привело к появлению решимости всеми силами не забывать себя нынешего и защищать тех представителей его нынешнего рода, кто ищет правильный путь.
["КРАТКАЯ" ХРОНОЛОГИЯ ПЕРСОНАЖА]
"Ветра перемен наполняют наши паруса. Так пусть же они не уволокут нас на дно!"
44 года до открытия Тёмного Портала
Среди зимы и через год после рождения последнего Хранителя Медива в процветающем королевстве Лордерон рождается дитя, итог брака молодой девушки и чуть старшего мужчины, чья любовь была сильна даже в зимнюю пору. Мать из Кул-Тираса, по своей профессии была картографом на службе у лордеронской короны, в то время как отец на тот момент занимал должность квартирмейстера во флоте Лордерона. Потому семья ещё тогда младенца не имела каких-то страшных недостатков, которые побуждали к чему-то тёмному и противозаконному.
Имя получил малыш не сразу, но, спустя некоторые дни раздумий, дитя получило его. Нордбард, в честь северных холодный ветров морей и её воспетой в песнях дивной красоты горизонтов.
38 год до открытия Тёмного Портала
Малыш рос под бдительным присмотром своей семьи, и, достигнув возраста около шести лет, жизнь маленького мальчика изменилась, ибо отныне началось сложное время воспитания по стопам своих родителей, дабы он продолжил складывающуюся семейной традиции моряка.
Несмотря на это, дитя проявляло интерес и к более приземлённой жизни, играясь со своими сверстниками и посещая духовные обители Света Небес, слушая менторские сказы священнослужителей. Нордбард не был душой какой-то компании, но всегда был готов поддержать интересные его детскому уму занятия.
Таким образом юный Гвад получал не только знания необходимые в жизни, но и разбавлял желания семьи той самой и необыкновенность простотой характера, мечтателя, что воображал скорый уход в море, где он, командуя кораблём, принесёт добро и мир в далёкие края, которые были за границами Лордерона.
27 год до открытия Тёмного Портала
Юношество — пора сильных чувств и переживаний. Это могут быть как положительные, так и негативные переживания: чувство любви и привязанности, безнадежности и печали.
Но чего-то негативного пока что с Нордбардом не стряслось. Всё было мирно и спокойно в Лордероне. Юнец уже помогал своим родителям в различных делах и всё чаще начал посещать лордеронские прибрежные поселения, работая вместе с отцом. Грамоте и языку научен парень был уже, но рутины и скукоты избежать не удалось. Однако всё это меркло, ибо на заре чувств нашлась та, кого юный Гвад полюбил. Лордеронка её возраста, дочь торговцев Елины. По началу, как это и очевидно, всё начиналось с подкалываний, а уже после с детской дружбы, от чего оба стали друзьями детства.
Нордбарда Елина называла «Якорьком», в то время как в голову ничего не пришло чего-то значительного для прозвища подруги. Он пытался, но вечно в голову что-то не то приходило, начиная с простой «Заи» и заканчивая экзотическим «Дурындой». Из-за этого молодой Гвад просто называл подругу сокращением её имени, Ели.
Елина отличалась весьма задорным характером и крайне острым, как ухо высшего эльфа, языком.
Это очень сильно выделяло под контрастом более спокойного и рассудительного Нордбарда, чего добавляло некоторый шарм в абсурдных ситуациях, которые присущи юношам.
Оба они мечтали путешествовать по морям, только отличались причины. Если Нордбард хотел пойти по стопам моряка и постичь дух морей, то Елине был присущ интерес стать морской торговкой. Море снова стала связующим звеном в жизни молодого Гвада между не просто подругой, но и зарождающейся любовницей в будущем. Совсем скоро жизнь Гвада изменится навсегда.
25 год до открытия Тёмного Портала
Счастливый год для повзрослевшего уже младшего работника отца квартирмейстера. Благодаря накоплениям и некоторым связям матери, Нордбард наконец мог отправится грызть гранит науки в морской Академии Адмиралтейства Кул-Тираса на далёком туманном архипелаге в Боралусе, исполнить свою давнюю детскую мечту и воплотить оную в жизнь. Но с радостью была и доля тоски, ибо они с Елиной расстанутся на продолжительное время. Встретившись за последний день до его отправки в далёкий и, казалось, такой же родной край, два влюблённых пообещали друг другу встретиться снова. Возлюбленная также со семьёй собралась отправиться в такой же далёкий Штормград, возможно, чтобы осесть там. Обменявшись последними словами и поцелуем ( он был не первым ), уже повзрослевшие они оба покидают родные края.
Гвад вместе с матерью отчалили жарким летом на грузовом корабле, который шёл в гавань Боралуса. Это было первое в жизни Нордбарда плавание, который заделал основу к восхищению морским просторам. Там же он впервые повстречал дворфа, которого звали Гриндгир. Дворф из клана Бронзобородов попал на борт с целью переправится через Боралус, а дальше попутно и на свою Родину махнуть. Имея характер альтруиста, дворф часто находил время пообщаться с самым молодым человеком на борту, с Гвадом, разумеется. Рассказывая о огромных горах Дун Морога, о Стальгорне и о прочем дворфийском, лордеронец проникся «бородатым» духом. Пусть эта случайная встреча так и останется случайной, а оба попутчика не встретятся уже никогда, человек всё же взял ещё небольшую цель для себя — посетить снежный Дун Морог и столицу великого дворфийского клана.
И, самое забавное, именно эта встреча побудила Гвада начать отращивать бороду. Вот так вот.
19 год до открытия Тёмного Портала
Время летит быстро в учении, но это не означало никак, чтоб Гваду было легко. Долгие годы лордеронец жил в кругу незнакомых ему культурно людей, чьи традиции и духовный менталитет начали постепенно ассимилировать характер Нордбарда. Даже несмотря на материнскую семейную ветвь, ученик морской академии сопротивлялся всеми силами не допустить выливания из мозга своих лордеронских корней. Но Кул-Тирас взял своё.
Живя по-култирасски, обычаи, даже вера вгрызлась в Гвада, подобно акула в свежее мясо.
Вера в Мать Волн пусть и пустила корни, хотя Свет был сильнее. Часть религиозных ритуалов и молебнов были изучены и даже, очень редко, использовались в плавании самим Гвадом. Часть морских традиций Кул-Тираса также вошли в повседневную жизнь моряка.
Закончив своё обучение, ныне старший матрос, а после и старший помощник Нордбард Гвад займёт своё место в лордеронском флоте.
Всё то время Нордбард жил среди отца и матери своей матери, то есть бабушки и дедушки. В ходе обучения от старости скончался дед, что довольно сильно ударило по обучающемуся, ведь это первая смерть родного ему человека, однако мужчина стойко выдержал такое семейное горе.
Скрашивались годы всё же переписки с Елиной. Она смогла добраться до Штормграда и вот уже несколько лет ведёт там жизнь торговца, дожидаясь своего возлюбленного. Но, увы, долг матроса был выше любовных связей, из-за чего момент воссоединения всё отдалялся и отдалялся.
17 лет до открытия Тёмного Портала
Старший помощник Нордбард Гвад служит на флоте военным моряком на одном из фрегатах лордеронского флота. Каких-то сражений за всё то время не было как и каких-то историй превозмогания, разве только охрана морских караванов от пиратов разных мастей. В этот год, наконец, корабль причаливает в Штормград.
Разумеется, такой шанс встретить свою любимую не был упущен, и встреча состоялась. Увы, не так, как хотелось бы.
По началу всё было замечательно, казалось, что Гвад, которому на тот момент было уже двадцать семь дет, по сравнению с Елиной так и остались в своих отношениях детьми. Заводилой всё также оставалась Ели, в то время как более расчётливый и проницательный моряк на её фоне не мог ничего поделать с весёлой озорницей.
Даже внешний вид обоих очень отличался. Если Гвад был одет как подобает лордеронскому верноподданному моряку и всем своим видом показывал дисциплину и выучку, то весьма вольный вид одежды её близкой был почти донельзя вольным, местами даже… привлекательным в плане открытости.
В одной из таверн Штормграда оба рассказывали разные истории из своей жизни, но именно в этот момент любовница рассказала не самую приятную вещь для ушей тому, кому она могла довериться. Она стала воровкой. Не простой, а морской воровкой, «портовым пиратом». Конечно, не на прямую, но имела отношения с рецидивистами, которых Нордбард, мягко говоря, не любил.
Гвад холодно отнёсся к выбору Елины, переспрашивая смысл шутки. Но это была не шутка, а чистая правда, от чего легче старшему помощнику не стало.
Разразился спор, перешедший на ругань, но только со стороны Елины, поскольку сэр Гвад просто поставил свою возлюбленную перед фактом: прекратить эти дела, не взирая на хороший доход ( что в те годы и правда был очень высоким ) и начать жить нормальной и, главное, честной жизнью. Сколько бы дочь купцов не аргументировала, сколько бы не умоляла понять её выбор, мужчина строго поставил своё условие дальнейших отношений. Принципы он ставил на первое место. В конечном итоге, Ели так и не сдалась, воспользовавшись главным аргументом — наличием ребёнка.
В тот миг зрачки Гвада расширились, а челюсть чуть отвисла ( не в буквальном смысле, до этого ещё далеко ). Оказалось, что Елина взяла осиротевшую девочку под свою опеку, от чего Нордбард облегчённо вздохнул тогда. Решение проблемы старший помощник нашёл довольно быстро, а именно помогать своей возлюбленной материально, как только можно честному человеку.
Сойдясь во мнении и согласии, всё закончилось для обоих хорошо.
Элиза — так звали приёмную дочь пары, которая поженилась в этот год после недолгий плаваний в Столице Лордерона. Тем не менее, Елина и Элиза остались в Штормграде, поскольку тут она имела свою работу, а возвращаться в родное королевство было незачем...
1 год до открытия Тёмного Портала
Жизнь била ключом. Вот уже десяток с лишним лет Нордбард и Енили Гвад ростят свою дочь, Элизу Гвад, посредством сравнительно честной торговли и службы лордеронской и, очень редко и смежно, штормградской короне. Из-за некоторых обострений между тогдашними королевствами, старший помощник и отец не мог часто посещать южное королевство людей, но ведя активную переписку. Редко бывало, когда сэр Гвад возвращался в штормградский порт, но всегда, когда фрегат с флагами Лордерона, несущий имя «Светлый Часовой» ( Light Sentinel ), пришвартовывался, моряк видел свою семью, уже сорокалетнюю жену и двадцатилетнюю дочь, в которой чудом Гвад мог воспитать страсть к морю и плаванию. Придёт время, и Элиза Гвад сможет стать как её отец, продолжив славную семейную традицию.
Родители самого же Нордбарда уже состарились. Они также переехали в Кул-Тирас, на родину матери. Из-за этого для лордеронца туманный архипелаг приобрёл статус второй Родины, но верность Лордерону была выше, потому Гвад жил в месте, где сам родился.
Казалось, что ничто не может помешать такой спокойной жизни в прекрасном мире… Но это было ошибкой.
Годы Первой Войны
Открытие Тёмного Портала старший помощник Гвад встретил в плавании, возвращаясь с третьего в своей жизни рейда на пиратов в море.
По началу всё было спокойно, пока не дошли вести о страшных событиях на востоке материка, когда огромные орды пришельцев, которых назвали орками, хлынули и не менее страшного портала. Что ещё хуже — вся эта Орда находилась крайне близко к Штормграду.
Лордерон и другие страны принялись защищать свой мир против новой, совершенно непривычной угрозе, где сам Нордбард принял участие, но не как воин на передовой, а как логист. Единственная поддержка южному королевству была только в ресурсах и добровольцах, но их было довольно мало для противостояния. Долгих четыре года шла Первая Война, в конечном итоге разорившая Штормград и ближайшие земли. Многие жители королевства погибли во время этой войны, на ней же скончался отец Елины, оказавшись не в то время и не в том месте во время своих торговый странствий. Сама же семья и мать Елины смогли спастить и перебраться в Кул-Тирас, где бы семья жила в безопасности.
В последний год войны был основан Альянс Лордерона, где старший помощник теперь мог без долгий заморочек посещать семью. Однако Вторая Война была на подходе.
На этот момент отец Гвада умер от старости.
Елине Гвад было сорок два года.
Нордбард Гвад уже имел сорок восемь лет.
Дочка Элиза уже все двадцать два. В скором времени она также отправится обучаться морскому делу в Академию Праудмуров, куда, вновь благодаря друзьям и товарищам, сможет перевести отец семейства торговки и военного моряка.
Годы Второй Войны
За год до того Орда вторгается в Каз Модан, а после начинается и Вторая Война, где флоты союзных королевств Альянса Лордерона принимали непосредственное участие против монструозных разрушителей орков и джаггернаутов огров. В одном из таких сражений Нордбард Гвад принял непосредственное участие, где издали наблюдал как огромные и грубые судна Орды вгрызались и таранились с фрегатами Кул-Тираса и Лордерона. Принимал на борт неприятеля фрегат «Светлый Часовой» всего два раза, но и этого хватило старшему помощнику, которому на тот момент было уже пять десятков лет. Для моряка это был почтённый возраст, а сравнивать силы с обезумевшим от крови орка было бы смешно ( для орка, разумеется ).
Именно там Гвад и научился весьма хорошо стрелять из дворфийской пистоли, прогоняя вместе с героическим экипажем фрегата неприятеля за борт.
Чудом пережив стычки с орками и ограми на море, избежав гибели при абордажах и ни разу не встретив в небе наездников на драконов, уже начинающий седеть от наступающей старости старший помощник Нордбард Гвад смог пройти Вторую Войну. Относительный мир наступил на Азероте. Как и долгожданный отдых.
В годы войны Гвад потерял свою мать, что умерла от старости, тоже самое произошло и с матерью Елины.
Элиза почти закончила обучение в Академии, от чего отец очень ей гордился, но и стал очень беспокоится. Ей так повезло, что она не была на этих ужасных войнах. Постаревшему моряку стало всё печальнее видеть свою дочь в кул-тирасском мундире.
14 год после Открытия Тёмного Портала
С этими годами ситуация вокруг Альянса Лордерона складывалась не самым приятным образом для отношений между отцом и дочкой. В Боралус попасть становилось всё сложнее, также как и лордеронские корабли стали реже посещать, казалось бы, союзную гавань. Более того, манипулированная политикой Кул-Тираса Элиза, как, впрочем, и Елина, всё холоднее начали относится к Гваду, поскольку «он служит не той короне».
Но даже в старости уже старший помощник фрегата «Светлый Часовой» был человеком принципиальным, ставя долг и честь выше семейных отношений, которые он всё же и не мог до конца отвести на второй план.
С этим отношения становились между мужчиной и женщинами всё холоднее и холоднее.
20 год после Открытия Тёмного Портала. Третья Война. Смерть
Шестьдесят четвёртый год исполнился старику. Уже совсем немного и человеку можно будет идти на покой, но тяга морского бриза была привлекательнее, а потому Гвад до последнего не желал возвращаться на берег с целью осесть и жить более спокойной жизнь. К тому же внутренняя ситуация в Альянсе Лордерона всё ухудшалась, пугая тем самым пожилого человека. Была ещё и другая причина, а именно плавание со своей подросшей дочерью, которую повезло взять с собой, благодаря необходимости ( которую всё же лордеронцы не очень и хотели ) в людях из-за начинающей распространятся странной болезни.
Это был шанс восстановить утраченную часть доверия в лице Элизы.
Всё также путешествуя и менторствуя на фрегате «Светлый Часовой» вместе с Элизой, которая стала вторым старшим помощником на корабле своего отца, Нордбард водил корабль из Кул-Тираса в Лордерон и обратно, однажды даже поучаствовав в поимке беглых орков на кораблях вместе с ней, причём вполне успешно. Отбившийся корабль орков была найден, обстрелян и тем самым потоплен. Питаясь общей ненависти к пришельцам со стороны экипажа фрегата, никто из пытавшихся бежать на землях Калимдора не выжил. Нордбард и его команда об этом позаботились.
Последний раз Гвад попрощается с Элизой в Боралусе, когда всех лордеронских моряков отправят на Родину после ужасных новостей, убийства короля Теренаса Артасом Менетилом.
Там, на берегах Лордерона, во время одном из боёв сэр Гвад погибнет при налёте горгулий на фрегат, будучи разорванным и выброшенным в море.
Последнее, что сделал он, это поблагодарил Свет за то, что он отказался брать Элизу с собой, также попросив прощение, ибо он так мало уделял внимание ей и семье все эти годы, думая, что наверстает упущенное в отставке, до которой он так и не смог дожить. Утопая под тяжестью доспехов на дно родного берега, старый и повидавший многое старший помощник лордеронского флота ненадолго отправился на покой, который также быстро прервётся.
20 год после Открытия Тёмного Портала. Возрождение и служение Плети
Выброшенный на берег, труп старого капитана был найден группой собирателей из Культа Проклятых, также выведав по некоторым знакам на броне его звание. Спустя несколько дней тело в повозке таких же павших в бою было отправлено в небольшое убежище где-то в подземельях начавшего строится новой вотчины Артаса в Столице Лордерона, в последствии отправившись на мясной стол.
Сначала была тьма. А после неожиданная боль, которую можно сравнить с мучительным действием яда по всему телу, от чего хотелось кричать что есть мочи, а после осознавать — ты не можешь этого сделать. Как бы ты не хотел вопить от этой боли — тебе не удастся. Раскрыв глаза, Нордбард Гвад увидел, кто теперь его новый хозяин. Как бы тот не сопротивлялся — он не мог не подчиниться. Самое ужасное, что внутренняя воля и понимание оставалось в нём, он понимал, осознавал, что с ним происходит и что он БУДЕТ делать дальше. Поделать с этим тогда нежить никак уже не могла.
Выведав остатки информации при простом допросе, культисты превратили сэра Гвада в оружие, которым ныне сам старик и считается.
За месяцы службы воином Плети старик исполнял волю своих повелителей, убивая некогда своих сограждан, соотечественников, живых. Этот кошмар повторялся снова и снова, снова и снова. Кровь, поедание тел и каждый удар подобно стуком молотом били по угасающему рассудку бывшего некогда доброго и праведного в море человека. Не зная, что будет дальше, Нордбард Гвад, почти смирился со своим существованием в виде чудовища.
Свою жену и дочь он позабудет, и только после свободы в нём останется искорка этой любви, которая будет тлеть...
21 год после Открытия Тёмного Портала. Освобождение от цепей Плети
Будущий Отрекшийся встретил этот неожиданный миг пробуждения собственной воли во время патруля по дорогам Тирисфальских лесов, неподалёку от Столицы, где-то в нескольких километрах от падшего города. На нём находилось два культиста, ещё тогда хозяева своих «игрушек». Один следил за работой Нордбарда, а другой рассказывал и показывал, что может делать его кукла. Куклой была кель'дорай, оживлённая в Кель'Таласе, которую звали, как окажется позже, Алания с фамилией Песни Весны.
Когда обе «игрушки» получили такую неожиданную свободу, пусть и не быстро, они перебили своих бывших хозяев, сбежав в лордеронские леса, спрятавшись среди руин. Долгое время пробыв там, двоица очень долго приходили в себя после всего пережитого, после всего того, что им пришлось вынести, а также с осознанием ужасного факта — они теперь навеки прокляты.
Конечно, оба хотели закончить свои страдания прямо сейчас и покончить с собой, дабы не распространять скверну, но это решение так и не сбылось. Понимая, что им по сути нечего уже терять, а узнавать грани посмертия после, вроде бы, второй смерти не хотелось ( по извращённым религиозным причинам ), преисполненные ненавистью к Королю-личу, две нежити решили забрать с собой как можно больше слуг Падшего Принца Артаса.
Задумавшись о том, что они могут не единственным такими освобождёнными, два не-живых отправились в сторону Столицы, удачно при этом найдя ещё одну такую же группу, которая рассказала о той самой Спасительнице, Сильване Ветрокрылой, что объединяет и освобождает от Проклятия Служения лордеронские земли.
Таким образом с единогласием Алания и Нордбард присоединились к восстанию, которое станет основой формирования нации Отрекшихся, освобождённых от оков и желающих отомстить тем, кто заковал их и проклял.
Нордбард и Алания приняли участие во время битвы за Подгород, где и присягнули на верность Сильване. Провозгласив себя Отрекшимися, освободив вместе с ними часть Тирисфальских лесов от порчи, некогда эльф и некогда человек сдружились, как и с многими другими такими же покинутыми.
22 год после Открытия Тёмного Портала
Не всё было потеряно для ныне Отрекшегося. В то время старый не-живой обрёл второё чувство долга, но основано было не на необходимости помогать, а на абсолютной ненависти к Плети и слугам Короля-лича.
Не жалея себя, старый мертвец продолжал изнурять себя и служить верой и правдой своему новому народу покинутых и проклятых, вступив в ряды ловчих смерти, которые в свою очередь управлялись Вариматасом и Сильваной с целями разведки, патруля и ликвидации угроз.
Основной работой также стала охота для предоставления «провизии» в Орду. Ведь мало кто знал из союзников какую экзотику добывали Отрекшиеся. Мясо людей.
К тому моменту Отрекшиеся стали частью Орды, во многом благодаря тауренам и Сильване лично. Нордбард находил в новых союзниках очень странный контраст, но какую-то желчь по отношению к бывшим врагам он старался не выказывать. Тогда все живые не заслуживали доверия со стороны ловчего смерти.
Бывшие ему товарищи среди Альянса видели в нём и Отрекшихся монстров, которые ничем не отличались от Плети. Старый мертвец затаил глубокую обиду на некогда бывших товарищей среди живых людей, которых он защищал, а взамен приговорённый к чудовищной каре.
26 год после Открытия Тёмного Портала
Освобождение Луносвета от власти Плети в Смертхольме.
Дорога мести приводит Отрекшихся и Нордбарда в частности в леса Призрачных земель, где вместе с син'дорай начинают очищать земли от заразы Плети и попыток троллей Зул'Амана вернуть господство над частью некогда эльфийских территорий.
В это время происходят события «Пылающего Похода», в ходе которых лично старый мертвец не участвует, отдавая себя работе в северных землях некогда процветающего королевства эльфов. Там же была и Алания, возведённая в ранг тёмного следопыта, будущей и нынешней элиты войска Отрекшихся и гвардии Тёмной Госпожи.
Син'дорай стали частью Орды к великой неожиданности для сэра Гвада. Даже больше можно было сказать — эльфы крови с доверием относились к своим новым союзникам. Возможно, это была любовь к Сильване или же помощи, которую Отрекшиеся оказали. Возможно, то и другое. Это зацепило Нордбарда, ибо Орда оказалась и правда тем, что говорили орки или таурены — семьёй и домом для отречённых. Но живые всё ещё вызывали глубокое недоверие, а ненависть к Плети всё пылала в остановившемся сердце Отрекшегося.
27 год после Открытия Тёмного Портала
И вот наступает нынешнее время.
Нынешнее времена идут... История Отрекшегося продолжается. Мало ли, что может измениться?
[Знание языков]
"Трущобский — особый язык. На слух кажется, что тебя проклинают на всеобщем, дворфийском и талассийском одновременно, даже если это просто приветствие…"
| Всеобщий | Остатки памяти о былой жизни заставляют помнить всеобщее наречие, что медленно, но верно забывается, ибо произношение каждого слова на всеобщем заставляет Гвада вспоминать те ужасные моменты гибели и агонии. Именно поэтому Нордбард старается позабыть его, ибо скоро… Совсем скоро он будет не нужен. Так или иначе, привычка говорить на нём всё ещё осталась, да и необходимость в познании старого родного языка никуда не исчезла |
| Орочий | Наречие любого представителя Орды, кем является ловчий смерти как и Народ Отрекшихся. Некогда враги стали союзникам, а язык свирепых воителей — вторым языком. Пусть сэр Гвад не очень любит это наречие, оно им изучено для использования в общении. |
| Наречие Отрекшихся | Наречие отринутых, наречие изгоев, наречие Народа Отрекшихся. Достаточно простой в употреблении и таящий в себе некоторую долю философии. Нордбард Гвад может спокойно говорить на нём, а ведь в этом лингвистическом тайнике лежат сочетания сразу нескольких языков: всеобщий, дворфийский, талласийский и наречие нежити, выражающаяся из себя набор рыков, рычания и резких тональностей. |
Другие наречия Азерота старому мертвецу плохо известны, только отрывки из наречия его народа и немногие оголтелые и крылатые фразы да заявления, как, например, те же фанатичные возгласы калдорай или экзотические гоблинские "ок, да?".
[Мировоззрение]
"Мир, где двое смотрят на одно и то же, а видят полностью противоположное, нельзя назвать странным. Но ведь точно найдётся кто-то, кто найдёт в этом странность, не так ли?"
Мировоззрение Нордбарда можно считать законопослушно-нейтральным. Верно подметить, что Отрекшийся действует по большей степени по извращённым законам Отрекшихся, в первую очередь ставя долг и волю Тёмной Госпожи превыше любых других чувств, которые могут помешать. Иногда доходит всё до того, что старому мертвецу приходится буквально страдать из-за конфликтов с Эхом Жизни, феноменом, признаком старой жизни, который может видеть деяния, противоречащие личностным идеалам старой жизни, тем самым вступая в конфликт с тёмной частью души нежити. В любом случае он ставит благо своего народа и соблюдение правил впереди собственной выгоды и безопасности, только без лишнего фанатизма.
[Религия]
"За правду и веру сражаться приятнее, также как и за идею, что формирует два вышеперечисленных аспекта наших падших жизней."
Сэр Гвад до момента начала смерти и своего существования нежитью ратовал за веру в Святой Свет, следуя постулатам и обетам сим твёрдой и яркой религии. Он верил, что в славной смерти, отданная за народ Лордерона и спасения жизни от уз Плети, он найдёт покой и избавление.
Какое было разочарование после освобождения его разума от рабства Плети, когда он остался на сей земле, оставленный и гонимый. Нордбард пришёл к жестокому для себя выводу — Свет бросил его умирать грязной смертью.
Отчаянно ища новую надежду и опору в вере, отрекшийся встал на путь Культа Забытой Тени, видя в нём уже не только избавление, но и силу, позволяющая ему во многом морально.
Уважение, упорство и сила — вот что приведёт Отрекшихся и самого Нордбарда к величию.
Тень окутает нас своим покровом...
Какое было разочарование после освобождения его разума от рабства Плети, когда он остался на сей земле, оставленный и гонимый. Нордбард пришёл к жестокому для себя выводу — Свет бросил его умирать грязной смертью.
Отчаянно ища новую надежду и опору в вере, отрекшийся встал на путь Культа Забытой Тени, видя в нём уже не только избавление, но и силу, позволяющая ему во многом морально.
Уважение, упорство и сила — вот что приведёт Отрекшихся и самого Нордбарда к величию.
Тень окутает нас своим покровом...
Последнее редактирование:
