- Название
- Кровь и Скверна (Охотники на Демонов)
- Место проведения
- Азерот, Запределье.
- Статус
- завершен
- Реалм
- Sanctuary
Война — штука громкая.
Она гремит сталью по щитам, взрывается магией в небесах, кричит приказами командиров и предсмертными хрипами. Она заполняет собой всё пространство, не оставляя места для тишины. Но после войны всегда наступает тишина.
И вот она пришла. Та самая, от которой у охотников на демонов закладывает уши, словно после мощного взрыва. Легион пал. Аргус расколот. Иллидан ушел в неизвестность, бросив напоследок эту свою коронную усмешку. А они остались. Многие годы они были клинком. Самым острым, самым опасным, заточенным ровно под одну цель - резать демонов по живому. Они выбивали свои глаза, ели плоть, ломали души, чтобы стать идеальным оружием. И когда враг наконец рухнул, оружие оказалось ненужным.
Некуда больше бить. Незачем больше терпеть эту вечную боль в глазницах.
Первое время Иллидари просто... существовали. Кто-то ушел в изгнание по мирам, продолжая охоту. Кто-то подался в наемники - навыки убийц никуда не делись, в военное время на них спрос, а в мирное тем более. Кто-то забился в темные углы Оплота и просто сидел там, глядя в стену и вспоминая вкус демонической крови.
Те Охотники на демонов, которые не вернулись в свои фракции, смотрели на разгорающуюся войну и кривились. Они пережили падение мира. Они видели, как горят звезды. А теперь им предлагают волноваться из-за того, чей флаг развевается над пристанью?
Постепенно Оплот пустел. Братья и сестры разбредались кто куда, растворяясь в этом большом, шумном и совершенно чужом мире. Каждый искал свое место. Каждый пытался понять - если ты больше не оружие, то кто ты, скверна тебя раздери?
И в этой тишине, в этом вакууме, где, казалось бы, уже ничего не происходит...
Началось.
Оно всегда начинается с мелочей.
Кто-то из Иллидари, осевших в прибрежном трактире на другой стороне мира, вдруг ловит знакомый запах, вплетенный в соленый ветер. Слабый, почти незаметный. Скверна. Не та, что навсегда въелась в их собственную кожу, а свежая. Чужая. Та, которой здесь не место.
Он выходит наружу, всматривается в горизонт незрячими глазами, которые видят больше любого зрячего. И чувствует. Там, за гребнем волн, за линией прибоя, за десятками миль открытой воды — что-то есть. Что-то, чему не место на Азероте.
А в это же время, за тысячу лиг оттуда, в густых джунглях южного континента, другой охотник замечает странное свечение в теле поверженного врага. Маленький осколок, пропитанный энергией Скверны. Такими был усеян Аргус. Такие таскали легионеры. И этот осколок здесь. В руках дикаря, который никогда не покидал своих лесов.
Третий слышит голоса там, где их быть не может. Четвертый находит следы. Пятый пропадает без вести, уйдя проверять подозрительную активность в горах. И по всему Азероту, от северных лесов до южных пустошей, от восточных равнин до западных берегов, начинают стекаться вести. Сначала редкие, разрозненные. Слухи, которым не придают значения. Мало ли что мерещится тем, кто тысячу лет резал демонов? Мало ли какие тени снятся после всего пережитого?
Но вести не прекращаются.
Там видели странные огни по ночам. Там местные жители пропадают целыми деревнями. Там скот дохнет от неизвестной болезни, и шаманы клянутся, что в ветре слышны голоса на языках, которых не должно быть в этом мире. Там находят пещеры, вход в которые охраняют твари, не похожие ни на одно творение Азерота. А тех немногих, кто выживает после встречи с ними, приходится убивать - потому что их разум сломан, глаза горят зеленым, и они уже не люди.
Охотники на демонов, разбросанные по миру как семена проклятого цветка, начинают переглядываться.
Переписка, затихшая было после падения Легиона, вспыхивает с новой силой. Те, кто месяцами молчал, глядя в стены Оплота и пытаясь забыться в вине или одиночестве, вдруг заговорили. Обмениваются наблюдениями. Сверяют карты. Сопоставляют факты. И картина вырисовывается одна на всех - Легион не ушел. Не весь. Не до конца.
После падения Аргуса, после смерти Титана Скверны, после того как само измерение демонов схлопнулось - большинство легионеров исчезло. Растворилось в небытии. Но не все. Тысячи тварей находились в тот момент на Азероте. В боевых вылазках, в разведке, в засадах. Когда основные силы рухнули, они остались. Отрезанные от дома, от командования, от подкреплений. Запертые в мире смертных, как в клетке.
Они не сдохли.
Они затаились.
Умные, старые демоны - стратеги, колдуны, командиры - поняли сразу: открытое сопротивление бесполезно. Надо ждать. Прятаться. Копить силы там, куда смертные не сунутся.
Пока смертные рвали друг другу глотки в войне, затеянной из-за власти, ресурсов и старых обид, демоны сидели в норах. Питались по мелочи: забредший путник, одинокий караван, забытая деревня на отшибе. Изучали. Искали способ призвать подмогу. Копили энергию. А теперь, когда Азерот истекает кровью от ран, нанесенных войной, когда сама планета кричит от боли - Скверна слышит этот крик. Чувствует слабину. Точит зубы.
Демоны вернулись.
Не армией, нет. Пока что - стаями, гнездами, разрозненными отрядами. Но их много. И с каждым днем становится больше.
Она гремит сталью по щитам, взрывается магией в небесах, кричит приказами командиров и предсмертными хрипами. Она заполняет собой всё пространство, не оставляя места для тишины. Но после войны всегда наступает тишина.
И вот она пришла. Та самая, от которой у охотников на демонов закладывает уши, словно после мощного взрыва. Легион пал. Аргус расколот. Иллидан ушел в неизвестность, бросив напоследок эту свою коронную усмешку. А они остались. Многие годы они были клинком. Самым острым, самым опасным, заточенным ровно под одну цель - резать демонов по живому. Они выбивали свои глаза, ели плоть, ломали души, чтобы стать идеальным оружием. И когда враг наконец рухнул, оружие оказалось ненужным.
Некуда больше бить. Незачем больше терпеть эту вечную боль в глазницах.
Первое время Иллидари просто... существовали. Кто-то ушел в изгнание по мирам, продолжая охоту. Кто-то подался в наемники - навыки убийц никуда не делись, в военное время на них спрос, а в мирное тем более. Кто-то забился в темные углы Оплота и просто сидел там, глядя в стену и вспоминая вкус демонической крови.
Те Охотники на демонов, которые не вернулись в свои фракции, смотрели на разгорающуюся войну и кривились. Они пережили падение мира. Они видели, как горят звезды. А теперь им предлагают волноваться из-за того, чей флаг развевается над пристанью?
Постепенно Оплот пустел. Братья и сестры разбредались кто куда, растворяясь в этом большом, шумном и совершенно чужом мире. Каждый искал свое место. Каждый пытался понять - если ты больше не оружие, то кто ты, скверна тебя раздери?
И в этой тишине, в этом вакууме, где, казалось бы, уже ничего не происходит...
Началось.
Оно всегда начинается с мелочей.
Кто-то из Иллидари, осевших в прибрежном трактире на другой стороне мира, вдруг ловит знакомый запах, вплетенный в соленый ветер. Слабый, почти незаметный. Скверна. Не та, что навсегда въелась в их собственную кожу, а свежая. Чужая. Та, которой здесь не место.
Он выходит наружу, всматривается в горизонт незрячими глазами, которые видят больше любого зрячего. И чувствует. Там, за гребнем волн, за линией прибоя, за десятками миль открытой воды — что-то есть. Что-то, чему не место на Азероте.
А в это же время, за тысячу лиг оттуда, в густых джунглях южного континента, другой охотник замечает странное свечение в теле поверженного врага. Маленький осколок, пропитанный энергией Скверны. Такими был усеян Аргус. Такие таскали легионеры. И этот осколок здесь. В руках дикаря, который никогда не покидал своих лесов.
Третий слышит голоса там, где их быть не может. Четвертый находит следы. Пятый пропадает без вести, уйдя проверять подозрительную активность в горах. И по всему Азероту, от северных лесов до южных пустошей, от восточных равнин до западных берегов, начинают стекаться вести. Сначала редкие, разрозненные. Слухи, которым не придают значения. Мало ли что мерещится тем, кто тысячу лет резал демонов? Мало ли какие тени снятся после всего пережитого?
Но вести не прекращаются.
Там видели странные огни по ночам. Там местные жители пропадают целыми деревнями. Там скот дохнет от неизвестной болезни, и шаманы клянутся, что в ветре слышны голоса на языках, которых не должно быть в этом мире. Там находят пещеры, вход в которые охраняют твари, не похожие ни на одно творение Азерота. А тех немногих, кто выживает после встречи с ними, приходится убивать - потому что их разум сломан, глаза горят зеленым, и они уже не люди.
Охотники на демонов, разбросанные по миру как семена проклятого цветка, начинают переглядываться.
Переписка, затихшая было после падения Легиона, вспыхивает с новой силой. Те, кто месяцами молчал, глядя в стены Оплота и пытаясь забыться в вине или одиночестве, вдруг заговорили. Обмениваются наблюдениями. Сверяют карты. Сопоставляют факты. И картина вырисовывается одна на всех - Легион не ушел. Не весь. Не до конца.
После падения Аргуса, после смерти Титана Скверны, после того как само измерение демонов схлопнулось - большинство легионеров исчезло. Растворилось в небытии. Но не все. Тысячи тварей находились в тот момент на Азероте. В боевых вылазках, в разведке, в засадах. Когда основные силы рухнули, они остались. Отрезанные от дома, от командования, от подкреплений. Запертые в мире смертных, как в клетке.
Они не сдохли.
Они затаились.
Умные, старые демоны - стратеги, колдуны, командиры - поняли сразу: открытое сопротивление бесполезно. Надо ждать. Прятаться. Копить силы там, куда смертные не сунутся.
Пока смертные рвали друг другу глотки в войне, затеянной из-за власти, ресурсов и старых обид, демоны сидели в норах. Питались по мелочи: забредший путник, одинокий караван, забытая деревня на отшибе. Изучали. Искали способ призвать подмогу. Копили энергию. А теперь, когда Азерот истекает кровью от ран, нанесенных войной, когда сама планета кричит от боли - Скверна слышит этот крик. Чувствует слабину. Точит зубы.
Демоны вернулись.
Не армией, нет. Пока что - стаями, гнездами, разрозненными отрядами. Но их много. И с каждым днем становится больше.
Отчеты и логи
Легион: Охотник на демонов
Последнее редактирование: